всё вместе аниме манга колонки интервью отвечает Аня ОнВ
8 заметок с тегом

Хидэаки Анно

Годзилла: возрождение

«Годзилла» Хидэаки Анно оказалась не просто тридцатым фильмом о том, как человек в резиновом костюме упоенно крушит картонный Токио, а в первую очередь сатирой о бюрократии, политиканстве и параличе власти. Когда невесть что заплывает в Токийский залив, начинается череда многоуровневых совещаний — министерства и ведомства не могут решить, в чью юрисдикцию входит кайдзю, перекидывают друг на друга ответственность, заслушивают палеонтологов, рассаживаются во всё новых war rooms, собирают конституционных экспертов для выяснения правомерности использования Сил самообороны, бесконечно инициируют протоколы, спорят с американцами, спорят с ООН, недоговаривают на пресс-конференциях, говорят лишнего на следующих пресс-конференциях, сливают факты в СМИ и т. д. Первый выстрел из оружия по Годзилле делают на 50-й минуте фильма! После чего монстр живописно выносит половину города вместе с министерствами, и в дело вступает более лучшая молодая бюрократия. И основывает временный штаб. И проводит правильную летучку. И слушает каких нужно ученых!

Местами это нежданный ремейк «Доктора Стрейнджлава», местами — почти документальный повтор событий вокруг фукусимской катастрофы. Местами — ожидаемый ремейк «Евангелиона»: в созданном молодыми специалистами мозговом центре легко угадываются очертания NERV, вдобавок Анно практически переснимает «операцию Ясима» из «Евы», только вместо стрельбы всей электроэнергией Японии по ангелу тут весь японский химпром сначала вырабатывает средство для заморозки Годзиллы, а потом накачивает монстра этим составом, как свифтовского Гулливера. Эпизод, когда колонны автонасосов и цистерн мчатся на заморозку Годзиллы, удивительным образом чуть не покадрово воспроизводит советский фильм «Прорыв» о заморозке размыва в ленинградском метро.

А еще Анно с этой «Годзиллой» собрал какую-то уйму денег и выкупил права на «Евангелион», который теперь целиком и полностью принадлежит его студии khara. ■

 963   6 мес   Годзилла   кино   токусацу   Хидэаки Анно

Постъевангелион. 20 лет спустя

4 октября исполнилось двадцать лет с момента выхода в японский телеэфир первой серии «Евангелиона», во многом определившего букву и дух современного аниме. В связи с юбилеем Николай Щипков написал для «Отаку» колонку о бесконечной восьмерке.

«„Ева“ — это история, которая повторяется» — Хидэаки Анно

Стандартный формат текста о художественном произведении массовой культуры, которому вот-вот исполнится одна пятая века, — некролог. Однако не в случае «Евангелиона». Спустя такое количество времени, что вспоминать сериал должны были бы только киноведы да ностальгирующие по юности 35-летние старцы, он не только здравствует, но буквально месяц назад получил в Японии переиздание на Blu-ray. Оригинальное 26-серийное аниме в очередной раз перерисовали и дополнили парой сцен; даже если не считать цикла кинофильмов Rebuild of Evangelion, все уже давно потеряли счет его ремейкам и перепевкам. В чём же причина неугасающей популярности?

Хидэаки Анно так перегрузил свой opus magnum символизмом, неясностями, перипетиями и недосказанностью, что по поводу его самых туманных намеков спорили, спорят и будут спорить. Разбирали покадрово и будут разбирать. Писали пространные простыни рассуждений-на-тему, говорили о «транснациональном медиакульте» и составляли почти религиоведческие трактаты. Всё это было и всё, по-видимому, на этом не закончится.

Но чтобы ответить на поставленный вопрос, оставим пока споры на тему границ и глубины дискурса «Евангелиона» и обратимся к фактам. «Евангелион нового поколения» таким вихрем ворвался в мир анимации, оставил такой яркий след в ее истории потому, что, судя по всему, автор сериала сумел ухватить нерв времени. Напомню, первая половина 1990-х в Японии — это период заметного экономического спада, а также урезания финансирования индустрии рисованных развлечений. После провала в прокате в конце 1980-х «Акиры» и «Крыльев Хоннеамиз», свежие идеи и визуальные новшества на некоторое время ушли из телевизионного и полнометражного формата, а на передний план индустрии вышли OVA, выходившие на кассетах. Их количество резко выросло до невиданного ранее масштаба, что не могло не сказаться на общем качестве, однако среди них можно вспомнить и достойные образцы — например, Legend of the Galactic Heroes или «Моя богиня!». Впрочем, для японской анимации в целом это всё же был период стагнации (что особенно заметно при сравнении с предшествовавшей и последующей пятилетками). Связано это было не только с уменьшением денежных потоков, но с идейным и стилистическим застоем. В нестабильное время аниматоры решили не рисковать и пошли путем наименьшего сопротивления. И если вы думаете, что клише у фанатов того времени не сидели уже глубоко в печенях, то глубоко ошибаетесь. Сидели. Еще как.

Не появись «Евангелиона», многие хорошо известные сериалы последней двадцатилетки либо вообще никогда не увидели бы свет, либо выглядели бы совершенно иначе. Экспериментаторам Сатоси Кону и Макото Синкаю негде было бы развернуться. Синъитиро Ватанабэ и Ёко Канно вряд ли бы решились на такой опыт, как неоретрокосмический вестерн. Сериалам вроде «Эрго Прокси» или Mushishi точно не было бы ходу, не говоря о таких слабовменяемых и откровенно авангардных проектах как «Эксперименты Лэйн» или Texhnolyze. Ходу не было бы в аниме; у манги, где неординарности и смелости живется легче, всегда был свой, отличный путь.

Так в чём было новаторство «Евангелиона» и почему оказанное им влияние чувствуется даже сейчас? Одно можно сказать определенно: оно было не в сюжетной завязке. Хотя тот факт, что сюжет быстро сошел с накатанных рельсов, чаще всего объясняют тем, что Анно очень хотел снять эдакую деконструкцию жанра, да еще и наполнил ее, нахватавшись фрейдисткого психоанализа и поверхностного религиоведения, всякой заумной терминологией. Может быть. Это не главное.

Есть, по моему мнению, две главные вещи, которые отличали «Евангелион» от остальных сериалов той эпохи. Первое: точно схваченный авторами психологический нерв исторического момента — переживания переходного периода в постиндустриальное и постмодернистское общество. Это и проблемы межличностной коммуникации, разобщенность и разделенность социума, и бегство подростков от самих себя, замыкание в виртуальной реальности, и поиск своего я в новой среде, враждебной по отношению к одинокому человеку. И все эти вопросы конкретной эпохи были заданы в такой общефилософской форме, что легко при необходимости соотносились с проблемами более общего, высокого, вневременного порядка.

С другой стороны, своему времени созвучно свое искусство, поиски ответов на вечные вопросы каждый раз приходят в новой форме. Иногда ответ искусства на эти вопросы весьма точен и адекватен — тогда рождаются шедевры, как, например, было в эпоху европейского Ренессанса. Великих мастеров XV—XVI веков современники даже называли divino, «божественными». А в ином случае искусство спотыкается, терзается, мучается, но не может в адекватной форме выразить искания своего времени — тогда на смену гармонии приходят дисгармония и растерянность; характерный пример — авангард начала XX столетия, апофеозом которого стал печально известный черный квадрат. Проблемы, связанные с новым витком индустриализации и мировыми войнами были, а классическое изобразительное искусство дать им точное выражение уже не могло — поэтому так прямо и заявило: «мы в тупике!» Ну, то есть, конкретный тупик и изобразило.

«Евангелион» сложно отнести к той или иной группе с полной определенностью. Это его отличительная черта: он одновременно и следует, и не следует архетипическим шаблонам. Сериал построен на противоречиях, противоречиях формы и содержания, которые отражают мятущийся и неопределенный дух эпохи. Волосы персонажей, с одной стороны, согласно анимешным канонам тяготеют к неяпонскому разноцветью, при этом зритель не наблюдает откровенного фарса зеленых или пурпурных оттенков. Сюжет использует классические ходы, экспозиции и повороты, но показывает их под совершенно новым углом. Ключевой персонаж, по всем правилам трагического пафоса призванный быть образцом храбрости и добродетели, на поверку оказывается трусливым, замкнутым и слабохарактерным, однако в критические моменты всё же проявляет подобающие герою моральные качества.

Через противоречия такого рода «Евангелион» пытается выразить невыразимое: трагедию поколения. И в каком-то смысле это получается. Сериал остается верен себе (в идее о противоречиях) даже в концовке — по сути, отсутствующей. Возникает ситуация, которую по-английски принято называть anticlimactic: кульминация есть, а развязки — нет.

Герои такого рода произведения, то есть трагедии, обязательно должны в развязке испытывать катарсис, нравственное очищение. Причем не просто очищение, а такое, которое вместе с ними переживает и зритель. Это ключевой момент европейского искусства, берущего свое начало в искусстве древнегреческом. На стыке этического и эстетического, в единый момент, происходит нечто мистического, почти религиозного свойства. Вспомним развязку гоголевского «Ревизора»: момент раскрытия главной интриги (не для зрителя, а для действующих лиц пьесы), момент развязки — это пятиминутное гробовое молчание. Пять минут молчания на сцене равносильны вечности. То же самое происходит и в «Евангелионе», в 24-й серии. Пять минут тишины и осознания чего-то и всего. Причем осознают и Синдзи, и зритель. Затем — занавес.

Однако если в гоголевской пьесе показ осознания, пробуждения ото сна и был главной целью, в «Евангелионе» всё иначе. Осознание-то есть, экзистенциальный страх бытия прямо и осязаемо чувствуется — а сил и мотивации выйти из этого порочного круга, сбросить ярмо страха, нет. Нет ни у Синдзи, ни у зрителя, ни у самого Хидэаки Анно. Оригинальные 25—26 серии — отмазка, высосанный из пальца, внушенный самому себе, искусственный и фальшивый катарсис. Вот и получается, что все трое обречены топтаться на одном месте: Синдзи всё так же боится садиться в робота, Анно не может закончить «Евангелион», снимая бесконечные ремейки и делая «режиссерские» переиздания, а зритель и фанат обречены на поиски смыслов, надеясь в их глубине найти ответы на вопросы, которые «Евангелион» задает, но на которые не утруждается ответить.

Пытаются на них ответить и большинство сериалов и фильмов последующего поколения, поколения постъевангелиона — но, в основном, всё так же безуспешно. Вот и получается, что «„Ева“ — это история, которая повторяется», повторяется, словно дурной сон, вот уже двадцать лет. Повторяется, а мы высматриваем, хотим высмотреть в этой бездне бессвязного и бессознательного то, чего там нет и отродясь не было.

Закончился ли в японской анимации период постъевангелиона? Пока ответ на поставленные новым дискурсом вопросы не найден — нет. Однако надежда еще остается, потому что ответ на них есть, и обитает он не в фанфикшне и не в Blu-ray-изданиях, а в голове автора, Хидэаки Анно. Сможет ли он найти в себе мужество «не убегать», подобно своему герою, и одним точным ударом навсегда закрыть проблематику «Евангелиона», достойно завершив его? Или же поиск ответа уже в руках нового поколения? Вопрос остается открытым. —НЩ

Редакция «Отаку» не обязательно разделяет мнение колумниста.
 146   2015   аниме   Евангелион   колонки   НЩ   Хидэаки Анно

Анонсирована антология Animator Expo

Студия Khara, известная главным образом по новым картинам из цикла «Евангелион», готовит 30 короткометражных фильмов разных авторов для показа в онлайн-видеосервисе NicoNico. Премьера первого мультика ожидается 7 ноября: короткометражка The Dragon Dentist писателя Отаро Майдзё (Ashura Girl, Speedboy) и аниматора Кадзуи Цурумаки («Дайбастер», FLCL) расскажет о приключениях девочки, которая вознамерилась лечить зубы дракону.

Антологию продюсируют Хидэаки Анно («Евангелион») и Нобуо Каваками, глава компании Dwango, владеющей сервисом NicoNico. Полное название проекта — Japan Anima(tor)’s Exhibition; отталкиваясь от этой странной записи Анно придумал маскота — схематичного человечка по имени (ТОР)-кун, а логотип антологии со вписанным в него (ТОР)-куном набросал самолично Хаяо Миядзаки (также сообщается, что миядзаковское название выкрасил в красный цвет не абы кто, а президент Studio Ghibli Тосио Судзуки). Официальный сайт традиционно скверно переведен на английский язык; в лаконичном комментарии сопродюсеры рассуждают о «гибкости самовыражения», «эксплуатации индивидуальных талантов» и «устремленности в будущее, свойственной японским анима(тор)ам», но главное, в общем-то, ясно по трейлеру без всяких пояснений: будет круто. —ВК

 10   2014   studio khara   аниме   антологии   ВК   короткий метр   Хидэаки Анно

Что творится

Крылатые машины, международные проекты, большие деньги, достижения анонимусов, примечательные трейлеры, душа аниме и новая старая манга — в обзоре текущих событий.

12 июня правительство Синдзо Абэ утвердило дальнейшее финансирование программы Cool Japan: для глобального продвижения продукции японских «креативных индустрий» — то есть аниме, манги, поп-музыки, моды, дизайна, архитектуры — из государственного бюджета будет выделено 50 млрд иен (около 16,5 млрд рублей). Что это значит для нас? По всей видимости, можно ждать расширения деятельности Японского фонда: больше фестивалей, выставок, гастролей, книг, курсов, семинаров; не исключено, что исследователям аниме и манги станет проще получать гранты на научную работу. J-Fest и «Хинодэ», надо думать, подрастут в масштабах, зачастят всевозможные «послы культурной дипломатии» (если вдруг текст читают кураторы программы из Бункатё — пожалуйста, сделайте что-нибудь с Такамасой Сакураем, слушать эту пластинку четвертый год подряд будет невыносимо). Кроме того, государственное финансирование съемок мультипликации не ограничится ежегодным сборником Anime Mirai: так, 50 млн иен выделяют на производство совместного японско-американского полнометражного фильма Project Alpha (предварительное название) студии Lucent Pictures, а Астро-бой, говорят, долетит аж до Нигерии. Предполагается, что жить станет лучше и веселее.

● ● ●

Studio Ghibli представила список сэйю и показала пять постеров следующего фильма Хаяо Миядзаки — «Ветер поднялся» (Kaze tachinu). Главного героя картины, конструктора истребителя Mitsubishi Zero Дзиро Хорикоси, озвучил не профессиональный артист дубляжа, а «отец „Евангелиона“» Хидэаки Анно. Японская премьера состоится 20 июля — корреспонденты «Отаку» как раз будут в Токио и оперативно поделятся впечатлениями.

Занятный фактоид: часть звучания мотора самолета в фильме имитируется человеческим голосом. Миядзаки и продюсер Тосио Судзуки вообще хотели записать саунд-эффекты вдвоем, но звукорежиссер их отговорил.

Помимо участия в проекте Миядзаки-отца, Анно недавно привлек внимание СМИ и зрителей по другому поводу. Режиссер призвал к защите токусацу, японской школы и жанра спецэффектных фильмов, находящихся, как убежден Анно, на пороге исчезновения. По всем канонам токусацу — с миниатюрными макетами, актером в костюме монстра и настоящей пиротехникой — сделан короткометражный фильм «Бог-воин приходит в Токио», снятый в прошлом году Анно при продюсерской поддержке Studio Ghibli и фактически ставший развернутым прологом миядзаковского аниме «Навсикая из Долины Ветров» 1984 года.

● ● ●

Новость из серии «сегодня он Death Note читал, а завтра родину продал»: агентство «Рейтер» выяснило, что Эдвард Сноуден, организатор утечки секретных материалов ЦРУ и АНБ, десять лет назад был анимешником и мастерски играл в Metal Gear Solid Tekken.

● ● ●

Роман Studio 4°C c автогигантом Toyota вылился в очередное короткое аниме из цикла Peace Eco Smile: на этот раз инопланетянин Пес, трио его лупоглазых помощников и земная девушка Куруми обживают компактный седан Vios, разработанный для восточноазиатского рынка.

Сменился не только режиссер: получив в свое распоряжение мир PES, Хидэкадзу Охара сильно переработал внешний вид персонажей.

● ● ●

Автор «Скотта Пилигрима» Брайан Ли О’Мэлли нарисовал Сейлор Мун — «ни с того ни с сего, просто захотелось освежить образ». О’Мэлли пишет, что Усаги Цукино в свое время стала его проводником в мир аниме и манги. История нашей жизни, Брайан. История нашей жизни.

● ● ●

Краудфандинговый блиц

• За последние месяцы японские компании открыли две онлайн-площадки для зрительского софинансирования аниме. На платформе Anipipo собирают деньги для съемок трех проектов, в том числе милой рождественской короткометражки Santa Company. Сайт AnimeSols предлагает уже готовый продукт: пользователям из США и Канады бесплатно показывают старое аниме (Black Jack, Creamy Mami, Yatterman и Tekkaman — вещи из каталогов Tezuka Productions, Tatsunoko и Pierrot), предлагая скинуться на официальный выпуск этих сериалов на носителях. Судя по счетчикам, западная аудитория встретила предложение без особого энтузиазма.

• Японская студия J.C.Staff и французы из Pollux Animation планируют собрать 16000 евро для создания 90-секундного трейлера мультсериала Asterion; с этим роликом творческая группа отправится искать корпоративных спонсоров. Придуманные французскими иллюстраторами образы персонажей адаптирует для экрана Хироси Симидзу (ведущий аниматор Michiko and Hatchin), к работе привлечены Ситиро Кобаяси (художник-постановщик телеверсии «Берсерка»), Хиромаса Огура (автор многих фоновых картинок для «Акиры» и «Призрака в доспехах»), Кадзуо Тэрада — раскадровщик, режиссер Flag и Ulysses 31. Пока собрано 13% необходимой суммы, остается 40 дней.

• Cбор средств для съемок и производства документального сериала «Отаку на видео» финишировал на 366% первоначальной суммы, повторная экспедиция в Японию неизбежна — с 12 по 31 июля смотрите на YouTube новый цикл ежедневных видеоподкастов. Стоит, наверное, сказать, что онлайн-журнал Look At Me упомянул «Отаку на видео» как пример в руководстве по краудфандингу, плюс нас заметила зарубежная пресса: материал о проекте напечатал «Восток Цусин» — еженедельник для японских предпринимателей, госчиновников и представителей СМИ.

• На ведущем мировом краудфандинговом сайте Kickstarter очень успешно выступила Studio Rikka: попросили 18000 долларов на выпуск Blu-ray с международной версией чудесного аниме Time of Eve, получили уже почти в семь раз большую сумму, и это не предел. Присоединиться к акции можно до 22 июня.

Полнометражный вариант Time of Eve снабдят субтитрами на разных языках, включая русский. К диску приложат 40-страничный буклет на английском языке.

● ● ●

Корреспондент сайта NBN поговорила с Иэном Кондри, автором книги «Душа аниме: совместная креативность и история успеха японских медиа» (The Soul of Anime: Collaborative Creativity and Japan’s Media Success Story, издательство Duke University Press, 2013). Тематика беседы — аспекты производства, распространения и потребления анимации; хип-хоп, торренты, социальная синергетика, онлайн-сообщества фэнов, шагающие роботы, труд, языки, глобализация, будущее демократии и капитализма, Мамору Хосода, логос, космос, хаос и трансмедийный дискурс (простите). Послушать 70-минутную запись можно здесь, за Kindle-версию книги Amazon просит $13.17.

Также в рубрике «занимательное чтиво»:
Перевод (с японского на английский) интервью Мааи Сакамото, из которого следует, что артисты озвучения «Евангелиона» тоже не понимают, о чём он.
• Андрей Фоменко, «Полеты Хаяо Миядзаки».
• Николь Ламерикс, «Культурная динамика додзинси и косплея: локальный аниме-фэндом Японии, США и Европы» (PDF, англ.)
• Ан-Мин До, «Три вещи, которые стартапер может почерпнуть из манги One Piece» (англ.)
• Japanator публикует интервью режиссера Хироси Нагахамы, где тот объясняет, почему предпочел для экранизации Aku no Hana технику ротоскопирования (посчитал, что необходима максимально реалистичная манера подачи), отчего не остановился на видео с актерами, всё-таки выбрав анимацию (чтобы персонажи не ассоциировались с конкретными артистами), и отвечает критикам стремной картинки, что лучше, мол, запомниться крипотой, чем не запасть в душу вовсе.

Aku no Hana («Цветы зла», в честь бодлеровского сборника стихов) — неожиданное отражение «Школы» Валерии Гай Германики, самобытная экранизация сильной манги и безусловный хит сезона.

● ● ●

Легион анонимусов умеет дидосить сайты, жечь водометы турецкой полиции, разводить школьниц на неприличные фото и — открыто достижение! — дешифровывать выдуманные языки из аниме The Devil Is a Part-Timer! и Gargantia.

● ● ●

Постоянный читатель «Отаку» Л. Э. Волосянис попросил редакцию выбрать три самых важных аниме-трейлера последнего месяца. Редакция думала ровно пятнадцать секунд.

Антология Short Peace Кацухиро Отомо («Акира», «Стимбой») и других режиссеров. Японская кинопремьера 20 июля.
OVA Ghost in the Shell Arise: новые приключения известных лиц и планшета Microsoft Surface; первая серия выходит 22 июня.
Сериал Uchouten Kazoku по роману Томихико Морими (The Tatami Galaxy) в японском телеэфире с 7 июля.

● ● ●

Тысячи (ну хорошо, десятки) ценителей манги горько вздохнули прошлой зимой, когда издательство «Росмэн» закрыло «Росмангу» — в рамках этого суббренда выходил «Дораэмон» в переводе Дмитрия Коваленина и ряд других комиксных серий: «Гостевой клуб лицея Оран» Хатори Биско, «Староста-горничная» Хиро Фудзивары, «Бабочка» Ю Айкавы, «Семя Тьмы» Киты Конно, адаптация «Звездного пути» и победитель голосования «Манга года 2011» на сайте «Мангавест», «Мобильная маргаритка» Кёсукэ Мотоми. «Дораэмона» удалось издать два тома из более чем четырех десятков существующих, росмэновцы почти не рекламировали свое манга-направление, мало внимания уделяли коммуникации с аудиторией. Образцовая детская манга (каковой «Дораэмон» считается по праву) русскому читателю по-прежнему чужда — просто получить лицензию, напечатать томики, развезти их по магазинам в данном случае явно было недостаточно. Поглядим, как дело пойдет дальше: в мае о спасении «Дораэмона» и «Гостевого клуба» объявил ведущий (и единственный) некромант российского рынка манги, екатеринбургская «Фабрика комиксов»: обе серии продолжат выходить.

Стараниями того же спасателя увидел свет первый том «Торадоры», который ранее собиралась издать «Палма Пресс» (опять-таки, сошедшая с дистанции во время Великого Коллапса Местных Манга-издательств), а в своем «онлайн-буфете» «Фабрика» собирает предварительные заказы на обновленный тираж манги «Босоногий Гэн» о послевоенных буднях Хиросимы. Прежний выпуск состоялся еще в середине 1990-х; «Гэн», похоже, следует считать первой мангой, добравшейся до России официальным путем. Те не слишком презентабельные книжечки давно стали библиографической редкостью (или рассыпались), и вот читателям обещан куда более солидный вариант со специально нарисованными обложками и каким-то особым шрифтом. —ВК

● ● ●

Один из создателей «Юной революционерки Утэны» Кунихико Икухара демонстрирует иллюстрации художницы Тихо Сайто для релиза сериала на Blu-ray. Казалось бы, при чём здесь Фредди Крюгер.

Евангелион 3.33: ты (не) исправишь

Как-то раз просыпается Синдзи — а над ним внезапно белый потолок… Нет, это уже было. Как-то раз просыпается Синдзи — а мира-то и нет, только Аска, да и ту тошнит. Тоже было? Хорошо, тогда вот: как-то раз просыпается Синдзи — а на шее у него ошейник, и еще на левой стопе криво написано: «S. IKARI??». Вы прослушали краткое содержание шестой минуты третьего фильма нового «Евангелиона». И пока вконец офигевшего Синдзи везут на кровати-каталке в глухую неизвестность, добавим: если вы думали, что «Евангелион» — это надолго, вы заблуждались. «Евангелион» — хуже чем надолго. «Евангелион» — навсегда.

На токийских-3 развалинах: рояль как луч света посреди мерзости запустения.

Изначально тетралогию «Перестройка Евангелиона» планировали снять именно в том ключе, в каком четверть века назад генсек ЦК КПСС Михаил Сергеевич Горбачев намеревался реформировать советскую экономику: мол, «расширим и углу́бим» всё, что можно расширить и углубить, а суть оставим почти неизменной. Обе перестройки постигла одна судьба. Хидэаки Анно хотел как лучше — три аниме должны были следовать событиям сериала, четвертое его продолжило бы, — а получилось как получилось.

«Евангелион 1.11» честно пересказал первые семь серий классической «Евы» (до появления Аски), переформатировав Ангелов да обострив немного отношения между многочисленными героями. Правда, в финале появился Каору на Луне в компании белого гиганта в семиглазой маске, но прожженных анимешников кавайным Каору не напугаешь. «Евангелион 2.22» в первой половине потчевал нас арбузами Кадзи, чувствами Рэй и Аски к Синдзи-куну, а также новой пилотессой Мари. Когда зритель расслаблялся, Анно обрушивал на него водопады крови, боевые танцы Ев, тотальный разгром Токио-3, Третий Удар и обещание Совершенствования (оно же Инструментализация, она же Комплементация) Человечества. Ева-00 поглощала Рэй, Синдзи ее спасал, его Ева-01 превращалась в Бога, Ключ Навуходоносора входил в замочную скважину Двери Гафа…

Аска против Синдзи. «Просто такая сильная любовь — ты еще не знаешь…»

Что-то непонятно? Ну, если честно, до конца «Евангелион» не понимает никто. Кажется, даже и сам Анно. Порукой чему — анонс третьей части, который сразу после титров «Евангелиона 2.22» огорошивал не успевших опомниться зрителей по новой. Мальчик Каору в качестве пилота очередного боевого человекоподобного робота (строго говоря, Евы — не роботы и не слишком человекоподобны, но это частности) спускался с небес и пронзал Еву-01 с Синдзи внутри копьем Лонгина; потом мы видели Гэндо и Фуюцки в костюмах капитана Скотта, Кадзи с пистолетом, Аску с черной повязкой на глазу и еще много чего. Так вот, ни одна из этих сцен в «Евангелион 3.33» не вошла. Кроме одноглазой Аски, но ее нам уже показывали в конце «Конца Евангелиона». Ходят слухи, что Анно в какой-то момент взял и всё поменял. Может, поэтому между премьерами второго и третьего фильмов прошло аж три с половиной года.

Опций у Анно было немного. Так как «Перестройка» досрочно, за два фильма исчерпала содержание классической ТВ-«Евы», продолжить историю можно было чем-то вроде переделки «Конца Евангелиона» — но кому интересна копия этого прекрасного во всех отношениях кино? Так что Анно обязан был сделать хитрый финт ушами. И он его сделал, да так, что от захватывающего, как взмах катаны, движения режиссерских ушей рябит в глазах. Первые пятнадцать минут «Евангелиона 3.33» заставляют вспомнить лучшие серии «Доктора Кто» по сценариям Стивена Моффата: ничего не объясняя, нам предлагают ряд быстро сменяющихся эпизодов, каждый из которых неожиданнее и фантастичнее предыдущего. Так и тут.

Сначала на земной орбите Аска и Мари охотятся на черный тессеракт (скорее это развертка тессеракта; и, кстати, привет, Стэнли Кубрик!), отбиваясь от слабосильных Ангелов. Из тессеракта на Аску смотрит некий глаз. Нам дают понять, что это глаз Синдзи, пребывающего в нечеловеческой форме, что бы это ни значило. Потом Синдзи возвращают в человеческую форму, не забыв оснастить ошейником, и привозят на капитанский мостик, смутно напоминающий центр управления NERV. Только тут сидят сплошь незнакомцы — кроме зачем-то подстригшейся Рицко и, сюрприз, Мисато Кацураги, которую все называют капитаном (ну и еще одной девочки). При этом Мисато обращается с Синдзи как-то очень грубо и даже угрожает ему смертью. Герой, окончательно струхнув, пытается понять, что происходит. Между тем корабль (это корабль, он называется «Wunder», «Чудо» с немецкого, и умеет летать, и это не все его секреты) атакует непонятно кто — и…

В общем, если кого поразил, э-э, синдзец в финале второго фильма, тому пора уже усвоить, что нет такого синдзеца, который Анно легким движением ушей не превратил бы в новый, куда более жуткий синдзец. «Евангелион 3.33» ничуть не отменяет сюрного ужаса «Конца Евангелиона» — он, напротив, его развивает. Возможно, в следующем воплощении; как говорит Каору, они с Синдзи уже встречались и еще могут встретиться. Действие происходит спустя 14 лет после финала «2.22», Третий Удар случился, но кое-кто почему-то выжил (это не объясняется), Мисато встала во главе организации WILLE («Воля»), которая борется с NERVом, и построила огромный флот (это не объясняется), NERV теперь состоит из трех человек — Гэндо, Фуюцки и Каору, который втерся к ним в доверие (это не объясняется), Гэндо хранит в подземелье Центральной Догмы исполинскую голову Рэй с пустыми глазницами (это не объясняется), совершенствование человечества началось, но не завершилось (это не объясняется), и много чего еще не объясняется, да и Синдзи, медленно сходящий ввиду перечисленного с ума, ничего не хочет знать.

После очередного конца света остатки человечества могут надеяться лишь на «Чудо».

Собственно, это главное. И для Анно оно всегда было главным. Не NERV, SEELE и WILLE, Адам и Лилит, копья Кассия и Лонгина, Комнаты Гафа и Ключи Навуходоносора, вся эта мешанина из иудаизма, христианства и дешевых эсхатологических брошюр, а несчастный подросток Синдзи Икари, которому ой как свезло оказаться в центре дюжины вселенских заговоров — и который не хочет спасать никакое человечество, а хочет родительской любви, дружеской заботы и всеобщего понимания. Кто мы такие, чтобы его, Синдзи, осуждать? Посмотримте вон в зеркало.

С другой стороны (решил Анно), если уж идти этой дорогой, то не до «Конца», где наш герой всё не мог выбрать, сливаться ему с остальным человечеством или не сливаться, а дальше «Конца». Ты проснулся, и твой кошмар тут как тут: все игры сделаны, Армагеддон прошел (а ты его проспал), те, кого ты знал и любил, либо перешли в, э, усовершенствованное состояние, либо умерли, либо изменились. И всё это, ага, из-за тебя. Точнее, по твоей вине. Что скажешь, Синдзи-кун? Ты всего лишь спасал Рэй? Ты просто делал то, что хотел? «Мир не обязан обслуживать твое эго», — прошипит Аска прежде, чем врезать тебе по зубам. И будет права, чего уж.

Ощущение провала в бесконечный дурной сон усиливается тут дивным визуальным минимализмом, который наследует не динамичному «Концу Евангелиона», а, скорее, статичному телесериалу. Каору лабает на фортепиано в развалинах Токио-3, Фуюцки сражается в сёги на фоне инфернального креста с «ранней системой контроля Евы-01», Гэндо (в очках а-ля Кил Лоренц) разговаривает с упоминавшейся безглазой головой Рэй. По этим пейзажам и скитается неприкаянный Синдзи, не особо жаждущий узнать правду о том, что произошло 14 лет назад. Вот на звезды поглазеть — это другое дело: «Огромная вселенная… Есть в ней что-то такое, что всегда меня успокаивало, с самого детства. Я так рад, что она не изменилась за эти годы, мне так легко на душе». На что Каору цветисто замечает: «Ты не ищешь перемен, предпочитая мир пустоты и безжалостной бездны…»

Но это, разумеется, не выход. Игроки никуда не делись и по-прежнему желают претворить в жизнь свои планы внутри планов внутри планов. И у каждого из них есть виды на пешку по имени Синдзи. Сбежать, промолчать, остаться непричастным — не получилось и не получится. Как писал Честертон, если столб не красить белой краской, он скоро станет черным. Инертность никого не спасет: тебя просто используют, и ты вдобавок к Третьему устрошь Четвертый, Пятый, Десятый Удар по тому, что любишь. Пора выходить из уютного сумрака на жуткий свет реальности.

А еще у Аски в этом фильме вырастает хвост. Ну или, как бы это сказать… В каком-то смысле у Аски и в каком-то смысле хвост — и притом в весьма драматических обстоятельствах. Извините, это спойлер. Саабису, саабису!.. —НК

Evangelion: 3.0 You Can (Not) Redo, полнометражный фильм, 96 минут, 2012 год. Режиссеры: Хидэаки Анно, Кадзуя Цурумаки, Масаюки, Махиро Маэда, производство Khara. Лицензирован в России компанией Reanimedia. Российская кинопремьера — 2 мая 2013 года на аниме-фестивале в Воронеже.
 3   2013   Reanimedia   аниме   Евангелион   НК   полный метр   рецензии   Хидэаки Анно

Proto Anime Cu(l)t

В Художественном музее Таллина успешно проходит выставка Proto Anime Cut — Spaces and Visions in Japanese animation («Прото-аниме-кадр: пространства и видения японской анимации»), гастролирующая с 2011 года и уже успевшая побывать в Берлине, Дортмунде, Барселоне и Мадриде. Это первая полномасштабная анимешная выставка в Эстонии. Почему она приехала из Германии с Испанией именно сюда — не очень понятно. Впрочем, в истории датско-шведско-российско-советско-независимого города такое уже бывало: в разгар перестройки именно Таллин наряду с Москвой и Питером принял у себя неделю диснеевского кино, которое по тем временам казалось чем-то совершенно запредельным. Четверть века спустя вехи и эпохи сменились; теперь чем-то запредельным — по крайней мере, для большинства посетителей выставки, — кажется аниме.

Фрагмент ключевой анимации Кодзи Моримото для клипа Extra (1996).

Эстонское название — «Фантастические пространства и городские перспективы» — удачнее отражает суть выставляемого. Речь не столько о японской анимации, сколько о попытке уложить ее в прокрустово ложе современного искусства, кто бы что ни понимал под этими словами. То, что аниме модно среди подростков, — японский бог с ним; дети и есть дети, в расчете на них занимать эскизами целый зал никого не стал бы. А вот Аниме Как Высокое Искусство — дело другое. Понятно, что мир искусства и тесно связанный с ним мирок музеев работают по своим правилам. Просочиться в экспозицию Proto Anime Cut могло только что-то из ряда вон. Так и случилось.

По сути, это выставка трех культовых творцов: Кодзи Моримото, Хидэаки Анно и Мамору Осии. Последняя пара в представлении не нуждается, что до Моримото, с ним всё чуть сложнее. Хотя один из основателей Studio 4°C работал над «Акирой» и снял главы «Карнавала роботов», «Аниматрицы» и «Воспоминаний», широкой публике он практически неизвестен. 20-минутная Dimension Bomb (2008) кисти Моримото из антологии Genius Party Beyond неимоверно крута — и при этом слишком бессюжетна и сюрреалистична, чтобы потрафить вкусам непритязательных анимешников. При ближайшем рассмотрении эта квинтэссенция творчества режиссера распадается, как пел «Сплин», на лица и блики. Впрочем, для высокого искусства — самое то.

На выставке можно оценить не только Dimension Bomb, но и клип Extra на музыку Кэна Исии, снятый Моримото в жанре «садомазопанк». Плюс — и это главное достоинство Proto Anime Cut — рисунки, скетчи и раскадровки мэтра. Их и правда стоит изучать чуть не с лупой в руке. Все эти электрические дельфины, маленькие девочки в гоглах и с пистолетами, башни в форме масок театра но, левитирующие тела, вынашивающие невозможных младенцев женщины-киборги с паучьими стальными ногами… Рядом — внезапно реалистичный бэкграунд в виде классического туалета. Унитаз, два рулончика бумаги на сливном бачке, приоткрытая дверь. Искусство?

Да, если под искусством понимать сам процесс создания анимационной ленты — его выставка позволяет раскусить и просмаковать по полной. В одном из маленьких кинозалов крутится нон-стоп фрагмент второго полнометражного «Евангелиона» — нападение абстрактно-радужного Ангела, напрягшийся Синдзи, отдающая распоряжения Мисато, молчаливый Гэндо, все дела. Вряд ли посетители в курсе, кто такие Ангелы и зачем с ними борются гигантские человекоподобные роботы (впрочем, кто вообще что-либо в этом понимает?). А рядом — эскизы самого Анно, сделанные на листах с эмблемой студии Khara цветными карандашами: небоскребы Токио-три закрашены желтым, Ангелы и Евы даны красным, зелень, понятно, зеленая. Простенько и со вкусом — но стоит сопоставить эти эскизы с тем, что ты только что увидел за черной шторой, и тебе, может быть, откроется дзэн японской анимации. (Частью наброски, надо сказать, очень сильно помяты. Впечатление такое, что Анно со товарищи с устатку разводили на них чайную церемонию.)

Рядом с эскизами — фотографии, на которых запечатлены до боли знакомые по сотням аниме урбанистические японские пейзажи. Подписи предельно лапидарны: «Пробка, уклон, телеобъектив, пригород, улица, дорожные работы, фон»; «Здание, плоская крыша, аэросъемка, квартал, мегаполис, фон»; «Склон, пробка, стройка, дорожные работы, пригород, фон, эстакада»… Это надо понимать так, что когда Анно требуется, например, стройка в мегаполисе, он открывает свой архив и моментально находит все потребные изображения. На выставке представлены восемнадцать фотокарточек из «очень большой коллекции». На некоторых, между прочим, узнается Токио-3.

Похожий фотографический сет, только не с цветными пробками и стройками, а с черно-белыми концептуальными токийскими водоемами и гонконгскими рынками, принадлежит другой участнице выставки — фотографу Харухико Хигами. Именно ей, а также Хиромасе Огуре, художнику по фонам, мы обязаны задниками «Полиции будущего» (1989) и «Призрака в доспехах» (1995). Помните донельзя медитативные сцены, в которых Мотоко Кусанаги движется по городу под музыку Кэндзи Каваи? Эти эпизоды, а также грандиозную сцену киберкарнавала из «Невинности» можно увидеть в ближайшем просмотровом зальчике (на входе красуется раскадровка к нему лично господина режиссера). Как следует из пояснений к работам Хигами и Огуры, Мамору Осии остановил взгляд на Гонконге потому, что тот «является идеальной моделью города будущего, в котором традиция встречается с последними технологическими достижениями. Для Осии старые каналы и новые хайвеи символизируют информационный поток, который превращает город в гигантское информационное пространство». Мы об этом догадывались, но иногда, согласитесь, лучше сказать о чем-то прямо.

Еще одна секция выставки посвящена наброскам Такаси Ватабэ, работавшего на множестве проектов, включая «Крылья Хоннеамиз», «Призрак в доспехах», «Невинность» и «Евангелион 2.0». Среди представленных работ — евангелионические эскизы Центральной Догмы, водоочистной станции, которая сверху выглядит точно как Древо Сфирот, играющее в сюжете Хидэаки Анно важную роль, другой плавучий завод, Locus Solus, куда забираются герои «Невинности», и даже изображения невиданных Ангелов, которые Анно то ли забраковал, то ли приберег на следующие серии. Отдельное удовольствие — рассматривать эскизные книжки Ватабэ почему-то с марсианскими треножниками из романа Герберта Уэллса.

Для тех, кого анимация увлекает не только как результат, но и как процесс, выставка Proto Anime Cut (и прилагающийся к ней роскошный 300-страничный каталог) — это, что называется, must. Особенно много из экспозиции почерпнут для себя те, кто планирует однажды заняться созданием мультфильмов самостоятельно: куда ни глянь, видно, какой это адский труд — и, главное, из какого сора растут наши любимые аниме. Будем надеяться, что выставка доберется и до России. Следующая остановка — Базель, Швейцария. —НК

Proto Anime Cut. Художественный музей KUMU (Эстония, Таллин, Вейценберги 34 / Валге 1), до 18 мая 2013 г.

Режиссерская раскладка клипа Extra: здесь Кодзи Моримото позволяет быстро оценить цветовую гамму будущего видео.
Часть раскадровок второго полнометражного «Евангелиона» (в основном, сцены с Ангелами) Хидэаки Анно рисовал лично.
Героиню Dimension Bomb озвучила давняя соратница Моримото, композитор Ёко Канно. Это ее первая и пока единственная работа в качестве сэйю.
Фоновые иллюстрации для первого полнометражного «Призрака в доспехах» Хиромаса Огура рисовал с гонконгской натуры.
Фрагмент раскадровки сцены азиатского карнавала из «Невинности».
Технические средства позволяют нырнуть в мир фантазий Моримото прямиком из музейного зала.
Фотография макета города, использованного Хидэаки Анно для съемок короткометражного фильма Kyoshinhei Tokyo ni Arawaru («Гигантский бог-воин появляется в Токио»). Созданная под патронатом Studio Ghibli, 10-минутная лента демонстрируется в кино перед показами «Евангелиона 3.0» и может считаться своеобразным приквелом картины «Навсикая из Долины Ветров» Хаяо Миядзаки (для которой молодой Анно рисовал сцены с очень, очень похожим гигантом).
«Полиция будущего» (Patlabor the Movie) — еще один фильм с замечательными фоновыми иллюстрациями Хиромасы Огуры.
Раскадровки Анно порой весьма схематичны. Незачем прорисовывать мелкие детали, если сцена будет решена в 3D-графике.

Кое-что совершенно иное: кассовый успех и критика «Евангелиона 3.0»

Evangelion: 3.0 You Can (Not) Redo, третий полнометражный фильм из цикла картин, заново изобретающих легендарную историю о школьниках, гигантских роботах и конце света, за первый уик-энд кинопроката на родине заработал на 224 экранах без малого 14 миллионов долларов.

Нехватки персонажей фильм не испытывает, ключевыми действующими лицами, на радость женской части аудитории, становятся Синдзи и Каору.

Рекорд японского бокс-офиса 2012 года — и потрясающий результат для аниме: к примеру, «Рыбка Поньо на утесе» Хаяо Миядзаки выручила в первые выходные проката 12,5 млн долларов на 481 экране, а предыдущая часть евангелионической эпопеи — 6,3 млн при 120 экранах.
К 21 ноября, то есть за четыре дня показов, Evangelion Shin Gekijouban Q (так «3.0» называется в Японии) посмотрели более миллиона зрителей. Большинство покидали кинозалы ошеломленными, в нервной тишине. Режиссер Хидэаки Анно с его соратниками по студии Khara наконец оторвались от канона, который сами заложили в ТВ-сериале середины девяностых, и увели повествование в неожиданном направлении, готовя почву для заключительного, четвертого фильма. Первые англоязычные рецензии содержат неизбежные спойлеры и отражают общее замешательство.

«Всё как бы подчинено задаче шокировать: „Евангелион 3.0“ громок, наворочен сверх меры и местами попросту глуп. Сцены действия невероятно перегружены и бессвязны, им очевидным образом не хватает грациозной тонкости эпизодов End of Evangelion и хореографии „Евангелиона 2.0“. Дизайн новой техники и образы Ангелов чересчур замысловаты, а то и совершенно уродливы. Компьютерная графика кое-где выглядит недоделанной — неясно, как это вообще попало в фильм, учитывая тягу Анно к перфекционизму. <…> Конечно, задаваться вопросами о персонажах и сюжете бессмысленно — речь ведь идет о „Евангелионе“; но если предыдущие инкарнации были хитро выстроены с тем, чтобы внушить зрителю веру в наличие смысла, 3.0 мечет в тебя свой багаж с такой дикой скоростью, что всякая связность пропадает» — Рётаро Аоки, Otaku USA

«You Can (Not) Redo не следует шаблону [сериала-]первоисточника. Второй фильм добавил множество новых сюжетных элементов, но базовый ритм истории не менялся. В третьей картине дела обстоят иначе, Studio Khara развернула „перестройку“ в абсолютно новом направлении. Удерживая Синдзи за скобками четырнадцать долгих лет, авторы позволили персонажам „Евангелиона“ изрядно преобразиться. <…> К сожалению, героине Мааи Сакамото, Мари Макинами Илластриэс, здесь заняться особенно нечем. Следить за тем, как она подтрунивает над Аской, конечно, весело, плюс Мари участвует в нескольких эффектных экшн-сценах, но в конечном счете смысл и цель существования этого персонажа — по-прежнему большие вопросительные знаки» — Эллиот Гей, Japanator.com

«Такой сюжет работает только в одном случае: когда герои второго плана напрочь умственно отсталые. Серьезно, всех коллизий можно было избежать, если бы кто-нибудь за полминуты объяснил Синдзи, в какой ситуации он находится, — времени и возможностей у них для этого было достаточно» — Ричард Айзенбайс, Kotaku

«Из-за того, что [в сюжетном плане] тут совсем новая территория, я как будто заново знакомился с сериалом. Непонятно было, чего ждать, и эта непредсказуемость, несмотря на огрехи фильма, делает просмотр увлекательным» — пользователь laika на форме EvaGeeks

«Он [фильм] называется Eva:Q, потому что на середине просмотра евакуируешься из кинотеатра» — пользователь твиттера @doctorvink

«Где-то исполнению картины недостает отточенности, верно; для зрителя, привычного к глубокому анализу структуры, символизма и сюжетного строения кино, недостатки очевидны. Зная об этих недостатках и понимая их природу, я всё равно получил немалое удовольствие. Можно ли назвать этот фильм совершенным? Ничуть. Но как фанат сериала, я радуюсь, закрывая глаза на несовершенство, и чувствую тот же душевный подъем, который испытал когда-то, впервые соприкоснувшись с „Евангелионом“» — Тоси Накамура, Kotaku

Evangelion Shin Gekijouban Q, полнометражный фильм, 95 минут, 2012 год. Режиссер Хидэаки Анно, производство Studio Khara. В рамках акции «Народная лицензия—2» компания Reanimedia собирает средства для выпуска фильма в России на Blu-ray и DVD.

 2   2012   аниме   Евангелион   полный метр   спойлеры   Хидэаки Анно

Сканопанорама

Премьера микрорубрики: теперь по пятницам на сайте будут появляться бережно отсканированные рекламы анимационных фильмов, сериалов и OVA из японских журналов двадцати-, а то и тридцатилетней давности. В редакции «Отаку» две полки драгоценной макулатуры, нечего ей жухнуть впустую.

Реклама первой серии Top o Nerae! Gunbuster
Режиссер Хидэаки Анно, студия Gainax
Из журнала Newtype за октябрь 1988 г.

 7   2012   1980-е   1988   Gainax   OVA   Ганбастер   сканопанорама   Хидэаки Анно